Когда самолёт рейса 298 поднялся в ночное небо, никто из пассажиров не подозревал, что их ожидает путешествие не только в пространстве, но и во времени. За иллюминаторами простиралась бесконечная чернота, усеянная редкими огоньками далёких городов, но стоило машине пересечь невидимую грань, как реальность начала искажаться. Стюардессы улыбались привычно, раздавая напитки, а пилоты в кабине вели размеренный диалог о погоде и маршруте но где-то между этими привычными действиями в воздухе зародилось нечто, что не поддавалось логике. Рейс 298 не просто летел из точки А в точку Б. Он нёсся сквозь лабиринт неведомых измерений, где секунды тянулись как часы, а звёзды мерцали незнакомыми цветами.

Первые тревожные сигналы пришли не от приборов, а от пассажиров.

Одна из женщин в бизнес-классе вдруг начала говорить на языке, которого не существовало ни в одном учебнике. Её слова звучали как мелодичный, но чуждый набор звуков, и когда она повернулась к соседу, её глаза изменились. Не было ни красноты, ни расширения зрачков просто взгляд стал пустым, как у куклы, и в нём читалось что-то древнее, нечеловеческое. Стюардесса, подойдя с подносом, не узнала женщину. Та улыбнулась ей, но улыбка была слишком широкой, слишком правильной, и в уголках губ застыли капли слюны. Пассажир закричал. Его голос оборвался внезапно, как будто кто-то выключил звук. Рейс 298 продолжал свой путь, но теперь в салоне царила паника, а экипаж лихорадочно проверял системы. Никаких сбоев. Никаких тревог. Только этот леденящий душу холод, который пронизывал каждого, кто смотрел в глаза незнакомцу.

Кабина пилотов стала последним бастионом здравого смысла.

Капитан, ветеран с двадцатилетним стажем, впервые в жизни почувствовал, как у него дрожат руки. Радиолокаторы показывали пустоту. Ни самолётов, ни наземных станций только бесконечный эфир, в котором время от времени вспыхивали странные символы, похожие на иероглифы, но не принадлежащие ни одной известной цивилизации. Второй пилот попытался связаться с диспетчером, но эфир молчал. Его голос, обычно уверенный, дрожал: Это не Мексиканский залив Это не Земля. Капитан посмотрел на карту. Рейс 298 должен был находиться над Карибским морем, но под ними простиралась не вода, а бескрайняя равнина, покрытая чем-то серым и пульсирующим. Словно гигантский организм дышал в такт с двигателями самолёта.

Что происходит на самом деле

Научная фантастика давно рисовала картины похищений инопланетянами, но это было иначе. Здесь не было захватчиков, не было лазерных лучей и похищений тел. Рейс 298 стал жертвой чего-то куда более жуткого он попал в ловушку времени, но не линейного, а спирального. Пассажиры не просто видели прошлое или будущее. Они становились частью его. Женщина, заговорившая на неизвестном языке, внезапно вспомнила, как её звали в другой жизни, в другом веке. Мужчина в первом классе, уснувший с книгой в руках, очнулся от кошмара, в котором он был пилотом того же рейса тридцать лет назад. И теперь он узнал, что его смерть уже была записана в бортовом журнале.

Последний сигнал с рейса 298 пришёл в 3:47 утра.

Это был не SOS, не паническое сообщение. Это была цитата из древнего мифа, переданная азбукой Морзе: Мы не летим. Нас везут. После этого связь оборвалась. На экранах радаров самолёт исчез, как будто его никогда и не было. Но через несколько дней в аэропорту Мехико нашли обрывок газеты с датой, которая не должна была существовать. На нём была фотография экипажа рейса 298 и дата выпуска 1987 год.

С тех пор каждый год, в одно и то же время, над Атлантикой фиксируют странные радиопомехи. Кто-то пытается связаться. И каждый раз, когда это происходит, в разных концах света люди просыпаются в холодном поту, вспоминая сон, в котором они летели на самолёте, который никогда не приземлится.